Я делаю простые вещи: шапки, носки, футболки, одеяла. Ничего такого, что нельзя повторить — лекала беру готовые, адаптирую под себя, с нуля почти ничего не разрабатываю. При этом худи у меня стоит 12 600 рублей при себестоимости около 4000. А рынок, на котором я работаю, последние годы проседает. За экологичные товары люди стали платить меньше, […]
Я делаю простые вещи: шапки, носки, футболки, одеяла. Ничего такого, что нельзя повторить — лекала беру готовые, адаптирую под себя, с нуля почти ничего не разрабатываю. При этом худи у меня стоит 12 600 рублей при себестоимости около 4000. А рынок, на котором я работаю, последние годы проседает. За экологичные товары люди стали платить меньше, […]
Я делаю простые вещи: шапки, носки, футболки, одеяла. Ничего такого, что нельзя повторить — лекала беру готовые, адаптирую под себя, с нуля почти ничего не разрабатываю. При этом худи у меня стоит 12 600 рублей при себестоимости около 4000. А рынок, на котором я работаю, последние годы проседает. За экологичные товары люди стали платить меньше, […]
Статья написана на основе интервью с Никитой Мащенко, селлером и автором Telegram-канала «Ушел из Газпрома на Wildberries». Меня зовут Никита, и я ушел из Газпрома, чтобы продавать женские сумки. Звучит как заголовок инфоцыганского курса, но за этим пять лет в одной нише, больше 500 тысяч проданных сумок и очень много таблиц. На маркетплейсах все стали […]
Статья написана на основе интервью с Никитой Мащенко, селлером и автором Telegram-канала «Ушел из Газпрома на Wildberries». Меня зовут Никита, и я ушел из Газпрома, чтобы продавать женские сумки. Звучит как заголовок инфоцыганского курса, но за этим пять лет в одной нише, больше 500 тысяч проданных сумок и очень много таблиц. На маркетплейсах все стали […]
Статья написана на основе интервью с Никитой Мащенко, селлером и автором Telegram-канала «Ушел из Газпрома на Wildberries». Меня зовут Никита, и я ушел из Газпрома, чтобы продавать женские сумки. Звучит как заголовок инфоцыганского курса, но за этим пять лет в одной нише, больше 500 тысяч проданных сумок и очень много таблиц. На маркетплейсах все стали […]
Статья написана на основе интервью с Никитой Мащенко, селлером и автором Telegram-канала «Ушел из Газпрома на Wildberries». Меня зовут Никита, и я ушел из Газпрома, чтобы продавать женские сумки. Звучит как заголовок инфоцыганского курса, но за этим пять лет в одной нише, больше 500 тысяч проданных сумок и очень много таблиц. На маркетплейсах все стали […]
Когда говорят о производственных рисках, чаще всего представляют крупные предприятия, станки, регламенты и сложные системы контроля. Но за почти 3 года работы в «Металл Кастом» я поняла, что в небольшом кастомном производстве рисков не меньше — просто они другие. Я работаю в сегментах B2B и B2C, делаю кастомные изделия из металла и кожи, и в […]
Статья написана на основе интервью с Андреем Щиголевым, основателем бренда «Одиванчик», Ижевск. Я делаю компактные диваны в Ижевске и продаю их на маркетплейсе. Почти три года работаю, и вроде всё на месте: производство, команда, сбыт. Но в начале 2026 года маржа сжалась, конкуренция удвоилась — и я впервые не понимаю, куда двигаться дальше.
Статья написана на основе интервью с Андреем Щиголевым, основателем бренда «Одиванчик», Ижевск. Я делаю компактные диваны в Ижевске и продаю их на маркетплейсе. Почти три года работаю, и вроде всё на месте: производство, команда, сбыт. Но в начале 2026 года маржа сжалась, конкуренция удвоилась — и я впервые не понимаю, что делать.