Предисловие

Автоматизированную упрощённой систему налогообложения (АУСН) подают как максимально простой и удобный режим: никаких деклараций, минимум отчётности, автоматический расчёт налогов. Но с другой стороны, может возникнуть ощущение, что речь идёт не просто о новом специальном налоговом режиме, а о принципиально иной модели налогового контроля.

Я хочу посмотреть на АУСН именно с этой точки зрения: как на систему, к которой государство целенаправленно стремится, и которая, по сути, может стать (а по моим наблюдением уже становится) будущим налогового администрирования для малого бизнеса, а в перспективе и для среднего.

Для тех, кто читает меня впервые: за плечами почти 12 лет работы в ФНС, поэтому обозревать этот налоговый спецрежим я буду с позиции бывшего налоговика.

Что такое АУСН

Формально АУСН это специальный налоговый режим для малого бизнеса с жёстко ограниченными параметрами. Он предполагает фиксированные ставки, отсутствие большинства отчётных форм и автоматический расчёт налогов со стороны ФНС.

Применять АУСН могут организации и индивидуальные предприниматели (ИП) с годовым доходом до 60 млн рублей, и с не более 5 сотрудниками в штате.

Налоговых объектов у АУСН два, как и на обычной упрощенной системе, либо «доходы», либо «доходы минус расходы». При объекте «доходы» ставка составляет 8%, при объекте «доходы минус расходы» 20%.

Ключевые отличия АУСН от других налоговых режимов:

• налогоплательщик перестаёт считать налоги сам;

• расчёты полностью выполняются ФНС;

• источником данных становятся банки и платёжные системы;

• контроль встроен в саму архитектуру режима.

ФНС заявляет, что бухгалтерия в привычном виде здесь практически не нужна. Налоговая декларация как инструмент взаимодействия с налоговой инспекцией исчезает, а вместо неё автоматически анализируемый налоговой службой поток транзакций.

И вот здесь начинается самое интересное.

Почему АУСН выгоден государству

В основе АУСН лежит простой и одновременно эффективный принцип: налог считается не на основании отчёта (налоговой декларации и расчета налогооблагаемой базы), а на основании факта движения денег.

Все поступления и списания проходят через банк. Банк передаёт данные в ФНС. А ФНС в режиме реального времени агрегирует информацию и рассчитывает налоговые обязательства самостоятельно. Ошибиться в суммах становится практически невозможно, потому что расчёт идет по фактическим операциям и уже проверенным ФНС алгоритмам.

С точки зрения государства это почти идеальная модель:

Во-первых не нужно проверять декларации и тратить ресурсы на камеральные проверки, а это сразу резкое снижение издержек администрирования и роли человеческого фактора. Контроль становится автоматическим, масштабируемым и дешёвым. Один и тот же алгоритм работает сразу на тысячи налогоплательщиков.

Во-вторых не нужно сопоставлять отчёты, а это уже прозрачность в реальном времени и быстрое получение данных. Государство больше не ждёт отчёта по итогам квартала или года. Оно видит бизнес «на экране» постоянно, а значит может заранее понимать налоговую базу и планировать поступления в бюджет без статистических допущений.

Система сама видит обороты, сама считает налог и сама фиксирует отклонения. И таким образом получается что АУСН это практически идеальный налоговый режим и с точки зрения контролирующих органов (удобство контроля) и самого государства в целом (доступ к информации).

АУСН как инструмент вытеснения классических налоговых режимов

Если смотреть на ситуацию системно, то может сложится ощущение, что АУСН создавался не как «ещё один режим», а как замена классическим налоговым режимам — сейчас это замена УСН, но кто знает, что будет дальше.

АУСН изначально не вводился как полноценный и обязательный налоговый режим. Долгое время он существовал в формате пилотного проекта, ограниченного по регионам и по числу участников. Систему тестировали, дорабатывали алгоритмы, отрабатывали взаимодействие с банками и проверяли, как она ведёт себя в реальной экономике и только после этого АУСН был запущен повсеместно.

Параллельно с этим начали происходить изменения в классической упрощённой системе налогообложения. Лимиты для применения УСН без НДС стали снижаться. Раньше бизнес применяющий УСН с оборотом до 60 млн рублей мог работать без НДС.

Отсутствие НДС позволяло малым компаниям существовать без сложной бухгалтерии, без постоянного риска ошибок в вычетах и конечно без увеличенной налоговой нагрузки, которая для многих компаний может оказаться выше порога рентабельности.

Теперь эта модель разрушена. Порог для работы без НДС снижен, в 2026 году это 20 млн., в 2027 — 15 млн, и начиная с 2028 — 10 млн. Всё, что выше, автоматически втягивается в НДС, который для малого бизнеса — критичен.

На этом фоне АУСН начинает выглядеть как аккуратно подготовленная альтернатива (пряник). Да, ставка выше — 8% вместо 6%. Но взамен бизнесу предлагают полностью автоматизированный режим без НДС, без деклараций и камеральных проверок в привычном виде.

Формально эти процессы никак не связаны между собой. Но по времени они совпадают слишком точно: сначала пилот АУСН, затем его масштабирование, и одновременно сжатие коридора для работы на УСН без НДС. Совпадение это или нет каждый может решить сам. Но с точки зрения логики налогового администрирования такая последовательность выглядит вполне осмысленно.

Почему АУСН активно продвигают именно сейчас

Продвижение АУСН сложно рассматривать в отрыве от общего тренда государства на обеление экономики. Если вы еще не слышали про этот тренд, то наверняка вы либо его уже почувствовали либо совсем скоро узнаете о нем по новым ценникам на прилавках магазинов (дело конечно не только в условном обеление, здесь и НДС и другие факторы, но об этом расскажу в другой статье).

Если раньше основным инструментом обеления были проверки, доначисления и споры, то сейчас фокус смещается в сторону систем, в которых нарушение становится невыгодным или технически невозможным. Государству проще один раз выстроить цифровую архитектуру контроля, чем бесконечно реагировать на последствия.

АУСН в этом смысле выглядит логичным продолжением этой политики. Это режим, в котором сама модель налогообложения изначально построена так, что «серые зоны» почти отсутствуют. Доходы фиксируются автоматически, налог считается алгоритмом, а человеческий фактор сведён к минимуму.

АУСН в этом смысле выглядит логичным продолжением этой политики. Это режим, в котором сама модель налогообложения изначально построена так, что «серые зоны» почти отсутствуют. Доходы фиксируются автоматически, налог считается алгоритмом, а человеческий фактор сведён к минимуму.

Параллель с налоговым мониторингом

Если посмотреть на то, как сегодня администрируется крупный бизнес, становится понятно, к чему всё это ведёт.

Крупные компании уже давно работают в режиме налогового мониторинга. Это формат, при котором ФНС получает доступ к данным компании практически в режиме онлайн. Проверки в классическом виде заменены постоянным наблюдением, анализом операций и показателей. Для государства это удобно, предсказуемо и эффективно.

По сути, налоговый мониторинг уже стал стандартом для крупного бизнеса. И АУСН очень органично вписывается в эту же логику, но уже на уровне малого бизнеса. Это почти тот же принцип постоянного контроля, только реализованный проще, через банки и автоматические алгоритмы.

Если смотреть на ситуацию в целом, то картина складывается довольно логичная: крупный бизнес уже находится в налоговом мониторинге, малый бизнес постепенно подводят к АУСН (так как уплата НДС для него равносильна — смерти), а средний бизнес остаётся тем самым сегментом, до которого руки пока не дошли, но, скорее всего, дойдут.

В этом контексте АУСН перестаёт выглядеть как временный эксперимент. Скорее, это следующий этап эволюции налогового администрирования.

Итог

Если подвести итог всему сказанному, АУСН стоит воспринимать не как очередной налоговый спецрежим, а как инструмент, через который государство постепенно перестраивает модель взаимодействия с бизнесом.

Формально АУСН подаётся как «пряник». Бизнесу предлагают простоту, отсутствие деклараций, автоматический расчёт налогов и возможность работать без НДС при оборотах до 60 млн рублей.

Но взамен бизнес полностью открывает государству свою операционную деятельность. Все финансово-хозяйственные операции становятся прозрачными, а контроль из разового события превращается в постоянный фон. И с этой точки зрения АУСН означает потерю части привычной свободы, приватности и пространства для манёвра.

Поэтому вопрос «АУСН это налоговый оазис или цифровой концлагерь» не имеет универсального ответа. Для одних это действительно удобный и рациональный выбор. Для других слишком высокая цена за простоту.

На мой взгляд АУСН это скорее компромисс, и поэтому каждый должен решить для себя сам, готов ли он принять этот компромисс и обменять часть приватности на предсказуемость и спокойствие.

Если у вас есть вопросы по налоговому контролю — пишите и спрашивайте в комментариях. Еще много полезной информации я размещаю с своем телеграм-канале «Налоговый Инсайдер».