Когда мы начали встраивать AI-агента в BPM-платформу, перед нами встала знакомая enterprise-задача: десятки клиентов, у каждого своя онтология, словарь, роли и ограничения безопасности. В одной компании «заявка на покупку» — это «реестр заявок», в другой — «карточкой закупки». Один клиент работает на изолированном контуре с локальной моделью, другой не даёт ассистенту доступ к почте и репозиториям.
Привет! Меня зовут Андрей Терёхин, я руковожу отделом маркетинга в Projecto и за свой 15-летний опыт работы заметил такой паттерн: компании, где менеджеры говорят про низкую вовлеченность, обычно имеют проблемы с рабочими процессами, а компании, где процессы прозрачны, вообще не используют слово «вовлеченность» — у них и так все работает. Эта статья про то, почему вам не нужны горящие глаза, вовлеченные сотрудники и корпоратив на байдарках, а обычные скучные и понятные процессы.
Налоги на наш бизнес за последние два года выросли в пять-шесть раз. Продавцам мы тоже поднимаем зарплату — за эти годы фонд оплаты труда почти удвоился. Аренду нам переписали вверх, как и всем — рынок недвижимости за эти годы сильно вырос. Оборот при этом в два раза не вырос. Мы работаем на то, чтобы просто удержаться на месте.
При этом у нас 32 магазина в одном городе, больше 100 сотрудников, оборот около 40 млн в месяц и примерно 20% чистыми. Ближайший конкурент держит 20 точек. Рекламы у нас почти нет, она запрещена законом. Ассортимент у всех плюс-минус одинаковый.
Налоги на наш бизнес за последние два года выросли в пять-шесть раз. Продавцам мы тоже поднимаем зарплату — за эти годы фонд оплаты труда почти удвоился. Аренду нам переписали вверх, как и всем — рынок недвижимости за эти годы сильно вырос. Оборот при этом в два раза не вырос. Мы работаем на то, чтобы просто удержаться на месте.
При этом у нас 32 магазина в одном городе, больше 100 сотрудников, оборот около 40 млн в месяц и примерно 20% чистыми. Ближайший конкурент держит 20 точек. Рекламы у нас почти нет, она запрещена законом. Ассортимент у всех плюс-минус одинаковый.
Налоги на наш бизнес за последние два года выросли в пять-шесть раз. Продавцам мы тоже поднимаем зарплату — за эти годы фонд оплаты труда почти удвоился. Аренду нам переписали вверх, как и всем — рынок недвижимости за эти годы сильно вырос. Оборот при этом в два раза не вырос. Мы работаем на то, чтобы просто удержаться на месте.
При этом у нас 32 магазина в одном городе, из них 9 работают по нашей модели под тем же брендом — доход с них тоже частично наш. Больше 100 сотрудников, оборот сети около 40 млн в месяц и примерно 20% чистыми
Представьте сцену. Переговорная комната. Понедельник, 10:00. На стол выложены три документа: финансовая модель ROI на 47 страниц, функциональные требования к WMS на 130 страниц и стратегия развития логистики до 2027 года. Все три — про одно. Но люди, которые их написали, уже двадцать минут разговаривают мимо друг друга.
Вы отдали одной компании 7, 10, а то и 12 лет. Выросли из задач и из стен. Доказали всё и всем — себе, команде, акционерам. И вот в какой-то момент поймали себя на мысли, которую раньше отгоняли: «Мир бежит вперёд, кажется, и мне пора».
Архитектура SaaS-аналитики прибыли для продавцов Ozon и Wildberries. Консилиум из трёх моделей, реверс-инжиниринг API, параллельные агенты Claude Code. Без приукрашивания — что сработало, а что нет.
Бизнес-контекст и ретроспектива первых недель — отдельной статьёй на VC.ru. Тут — техника.
